Мудрейший Антон Семенович Макаренко в свое определение коллектива одним из признаков включил наличие органов самоуправления. Одним из признаков, наряду с другими!.. С каким вниманием и терпением он формировал у своих ребят это умение — управлять своей жизнью. Теория коллектива Макаренко — это ведь и теория демократии. Вспомним хотя бы знаменитые «сводные отряды», которые Антон Семенович недаром называл «гениальным открытием». Постоянная смена командных кадров: сегодня ты бригадир, завтра — рядовой член отряда. Каждый учится руководить и подчиняться. Каждый учится «брать ответственность на себя», потому что общее собрание, сводные отряды, совет командиров — это и была власть народа, которую Макаренко никогда и ни при каких обстоятельствах не отрывал от общей логики формирования коллектива. Он полагал, что не может быть коллектива без самоуправления, но и не может быть самоуправления без коллектива.
В последнее время создается впечатление, что эту заповедь под давлением лет, или, точнее, под давлением административной системы с ее «частной собственностью» на власть, мы упорно стараемся замолчать.
«У нас выбирали совет, — рассказывает директор одной из школ Ленинградской области. — Мы, учителя, предложили своих членов совета, ученики — своих, а на выборной конференции никого выбрать не могли. Ученики отказались голосовать за предложенных учителей...»
«И что теперь?» — поинтересовались у нее участники семинара по самоуправлению. «Второй месяц школа не может выйти из этого положения: никто не хочет уступать...»
Наверное, с точки зрения общих процессов становления плюрализма и гласности, происшедшее в этой школе — нормально, так как отрицательный опыт тоже имеет свою ценность. Ну а с точки зрения педагогики? Может быть, это простое отсутствие элементарных признаков культуры демократии, причем проявившееся не только у учеников, но и у учителей?
Воспитанники В. Н. Сороки-Росинского вспоминают, что, решая сложные проблемы жизни школы, он то и дело «нырял в античность» и выискивал там все новые и новые способы осуществления «народовластия».
Итак, на заре становления государства директор школы искал ответы на свои педагогические вопросы в мировом человеческом опыте, не стесняясь этого поиска. Мы же теперь предпочитаем порой «списать положение» у соседней школы, как будто она заведомо умнее всех мыслителей разных веков.
Станислав Теофилович Шацкий в своей книге «Бодрая жизнь» подробно описывает, как терпеливо вели сотрудники его колонии ребят от азов к вершинам самоуправления; от участия в решении простейших необходимых хозяйственных проблем — к проблемам общественным. Он писал: «Постепенно собрания стали обсуждать все шире и шире жизнь колонии и проявлять все глубже свое влияние, сначала сдерживающее, а потом и направляющее, на внутренние стороны».
Обратите внимание — «постепенно». А как нам хочется при полной неготовности школы прыгнуть на самую верхнюю ступеньку, а когда прыжок не получился — обвинить в этом ребят: мол, они и пассивные, и ленивые, и консервативные.
