Вот так в одном разделе программы возникают несколько школ, создаваемых усилиями учителей и учеников в стенах одной 307-й. Живет в программе и очень важный образ педагогического зеркала, которое может быть и мутным, и кривым, которое пассивно и активно, которое отражает мир таким, каково зрение глядящегося в него.
Многочисленные гости 307-й чаще всего и больше всего интересуются именно такими программами. Долгие попытки педагогического коллектива отговориться тем, что программы педагогического класса меняются, что идет постоянный поиск, что курс «Практического человековедения» тесно зависит от того, кто берется его преподавать, успеха не имели. «Дайте, покажите, разрешите переписать...» — такие просьбы наиболее часто звучат от посетителей (так что приводимая здесь программа— это своеобразная уступка). И все же трудно представить, во что может превратиться предложенная программа в руках ревностного «исполнителя».
В разделе «Основы гуманизма: школа педагогической культуры» тоже 8 тем. Позволим себе перечислить вехи-имена, олицетворяющие, по замыслу составителей, определенные части пути к Истине: Птахотеп — Конфуций — Сократ (нравственное воспитание и самовоспитание), Будда — Христос — Магомет (атеистическое самовоспитание), Соломон — Улугбек — Петр 1 (историческое самовоспитание), Ибн-Сина — Леонардо да Винчи — Дидро (гармоническое самовоспитание), Бетховен — Маяковский — Пикассо (эстетическое самовоспитание), Дарвин — Эйнштейн — Королев (эвристическое самовоспитание), Маркс — Энгельс — Ленин (политическое самовоспитание). Кому-то предложенный путь от Человека Разумного к Человеку Прекрасному покажется наивным, кому-то неясным набором имен, но для школы такая программа является закономерной составляющей ее общего поиска по обеспечению единства природного и социального в человеке, по обеспечению гармонии источников.
Но разговор о программе работы с педагогическими классами был бы неполным без учета еще одного обстоятельства. Никакой самостоятельной ценности теоретические положения в отрыве от практики не имеют. Поэтому кажутся наивными рассуждения многих представителей школ, имеющих педагогические классы, о возможности решения проблем педагогической ориентации введением 1—2 часов в неделю «Педагогики и психологии». Такой курс, не увязанный с общей логикой жизни школы, не только не принесет пользы, но и вреда наделает немало. Вот письмо одной из учениц подобного «педагогического» класса. «К нам на уроки раз в неделю приходит какая-то девушка, которая по толстому вузовскому учебнику рассказывает о том, как нас должны воспитывать, о том, какая благородная и честная профессия — учитель, о том, какие это «святые люди». А эти «благородные и святые» обзывают нас свиньями, орут на нас, ругаются между собой. Ну ладно, я решила уже, что учителем не буду, но объясните мне: зачем она нас все время обманывает? Ей что — от этого легче?»
Очень хочется еще раз обратиться к учителям, к администрации с таким призывом: нельзя, недопустимо создавать педагогические классы там, где нет для этого условий, важнейшим из которых является потребность учителей в передаче молодому поколению эстафеты педагогического подвижничества.
...Педагогическая школа — пока еще только эксперимент. Есть у него, как и у всякого новшества, свои противники, есть проблемы. И все-таки в 307-й уверены, что педагогика — основа завтрашнего дня.
