Какой дать совет? В чем посочувствовать? Может быть, посетовать, как у нас сейчас часто принято, на унизительное материальное положение современной педагогики и разойтись? Что может дать этой молодой женщине опыт школы на Малодетскосельском, с легкой руки журналистов давно называемой педагогическим лицеем? Ничего, кроме плодов коллективного поиска. Но может быть, именно раздумья над ними и дадут новый толчок к жизни? Нужна ли школе своя концепция построения педагогического процесса? До нее ли сейчас «благополучным» ленинградским и «неблагополучным» областным? Может, отложить все это до лучших времен? Но есть в 307-й твердое убеждение: можно вложить миллионы, размахнуться на суперсовременные здания с суперсовременным оборудованием — и получить нулевой результат, потому что в школе этой не будет происходить ровным счетом ничего. Ничего, кроме уже описанного равнодушия, бескультурья, ненужности учителей и учеников друг другу. И наоборот, единство педагогической позиции, ее четкая продуманность вполне могут стать тем основанием, которое будет порождать не только духовное, но и материальное благополучие.
Именно поэтому, создавая это единство, учителя 307-й школы строят свои «модели» педагогического процесса, пытаясь увидеть в хаотично-веселом безудержном школьном мире что-то самое важное, служащее основанием и первопричиной всего остального...
Ах, как много было споров, попыток поймать ускользающий ключ к системе! Как часто взятые за основу «кирпичи» школьного мироздания распадались, не желая выстраиваться в стройное сооружение современной педагогики. Вот теперь, кажется, что-то нашли и систему построили... А фундамент-то какой! Две программы: природного генотипа (почти по Яну Амосу Коменскому — «человек — сын природы и развивается по ее законам») и социальная (ведь человек «есть продукт общественных отношений»).
Но будем последовательны и поведаем сначала о первом варианте модели. Это были четыре спирали, как бы вставленные одна в другую. Их легко можно представить, вспомнив кольца в сечении дерева. Внутренняя спираль — «семейно-родословная»: чтобы сознательно пользоваться всеми принципами саморазвития и самореализации, человек должен знать глубокие корни своей биографии, а не только ближайших родственников. Вторая спираль — «школьно-профессиональная». Третья была условно названа «общение во внешней среде» или спираль «случайных встреч в социальной среде» (имелись в виду встречи на улице, в транспорте, в общественных учреждениях и так далее). Всем известно, что эта самая «среда», в частности пресловутая «улица», нередко оказывает на школьника гораздо большее влияние, чем семья и школа вместе взятые. И какие огромные порой нужны усилия семье, школе, культурно-просветительным учреждениям, чтобы воспитать у человека сложное умение общаться в «среде случайных встреч». Наконец, четвертая, замыкающая спираль — «общественно-производственная», в широком смысле — вся «взрослая» жизнь человека, которую вне труда представить невозможно. Каким производственником (студентом, рабочим, ученым и так далее), каким членом общества станет ученик, во многом зависит от синхронной согласованности всех структур и форм воспитания.
Однако в этой «четырехспиральной» модели еще важнее было совпадение возрастных витков в одной плоскости, вернее, разумное расположение форм воспитания и согласование действий каждого витка.
А теперь о «стержне», вокруг которого располагаются спирали. Каков он? Долго педагоги размышляли сообща и пришли к выводу, что это общественная направленность, тесно связанная с воспитанием коллективизма и трудолюбия.
Созданная в свое время «четырехспиральная модель» кому-то, конечно, покажется слишком кустарной, эмпирической. Но тем-то именно она и была дорога коллективу школы, что на том этапе не противоречила живой практике. Свои принципы, «спирали», «стержни» учителя проверяли во всех школьных делах.
Спиральная модель давала возможность всерьез задуматься над педагогической технологией, но только с одной ее грани — со стороны созвучия «единство форм воспитательного процесса». И тогда возник вопрос об источниках.
