А началось, казалось бы, с пустяков. Обронили родители два слова, обронили и забыли, но не забыл ребенок, те слова навсегда вошли в детское сознание. И еще, Иван Игнатьевич, один сакраментальный вопрос: кто виноват? Кого винить, что в трезвой семье, где спиртное не такой уж и частый гость, вырос сын-алкоголик? Началом послужила давняя информация, модель поведения, предложенная ребенку родителями.
Таких толчков к алкоголизму, часто не замечаемых взрослыми, много. В иных домах (заметьте, и трезвых!) видишь коллекции разнокалиберных, ярко разукрашенных бутылок. Это у хозяина дома увлечение такое: собирает заморские посудинки с весьма красочными этикетками, вся стена на кухне с пола до потолка ими заставлена. Смотрится красиво, нестандартно. Но ускользает от внимания «коллекционера», что стенка не только смотрится, но и читается. На русском языке к бутыли с итальянским вермутом пришлепнута рекомендация: «Вермут этот настоян на целебных травах («целебное» же всегда синоним слова «полезное», впрочем, об этой «полезности» речь впереди.— Г. В.), хорош в жару для приготовления прохладительных напитков», рецепт коих •тут же прилагается.
Читающий да читает! Если он, несовершеннолетний, английским или французским овладевает, может «повысить» знание языка, практикуясь на чтении винных этикеток рекламного свойства. Безобидное вроде бы увлечение родителя оказывается для сына очень опасным, вот ведь как!
Весьма распространен еще один вид коллекционирорания — рюмок, бокалов, фужеров, входящих в моду (ретро!) лафитников. Выстраиваются они на самом видном месте, для постоянного обозрения. Видит растущее чадо — в доме есть из чего выпить. Изящные сосуды опять же не нейтральны, они тоже активные агитаторы за приобщение к спиртному. Во многих домах в мебельные стенки вмонтированы бары. Украшением интерьера стали освоенные промышленностью и камины-бары. Сколько сразу «удовольствий»! Сидишь у камина, что английский лорд, а из бара достаешь прохладительное, оно же согревательное. Рядом сын зачарованно следит за происходящим? Так мал еще. И невдомек любящему отдыхать столь изящно: идет наглядный урок приобщения к спиртному.
Не слишком ли строго? Снова — не преувеличиваю ли?! Но ведь нет же, Иван Игнатьевич, нейтральных вещей, все они говорящие. И служат верой и правдой именно тому, ради чего выпускались. Но раз производятся, должен же их кто-то покупать? Давайте не будем утешаться этим усыпляющим нашу совесть аргументом. Наша с вами родительская первоочередная задача — растить трезвое поколение. Значит, в доме не должно быть ничего, агитирующего за спиртное.
Едва я высказывал на лекциях эту, судя по реакции слушателей, крамольную мысль, зал начинал бурлить:
— Что же нам, взрослым, из стаканов пить? Рюмки нельзя, фужеры — тоже, а стенку с баром куда? А за нее Деньги плачены, и немалые, их заработать надо! Нет уж, увольте, мы-то разбираемся, что к чему: для шампанского фужер, для водки рюмка средней величины, для коньяка— с наперсток. Красные сухие вина лучше всего в хрустальном бокале смотрятся. Нальешь и на свет посмотришь— все солнце в нем так и искрится. И закуска У нас по науке подается, знаем, что к чему и в какой последовательности..
Об этом можно спорить до бесконечности. Прервем спор, задумаемся, чем же, собственно, вызвано недовольство? Да всего лишь тем, что автор посягает на право родителей время от времени выпивать, принимая гостей: воспитание детей в трезвости — это одно, выпивка — совсем другое дело!
