Уже в середине августа Устинов докладывал Сталину о результатах полигонных испытаний. Между ними произошел такой диалог.
Устинов: Ружье Симонова, товарищ. Сталин, самозарядное, в магазине пять патронов.
Сталин: Чем же оно отличается от ружья Рукавишникова? Ведь его ПТР тоже самозарядное, под пять патронов.
Устинов: Да... Бронепробиваемость, баллистические, весовые и габаритные характеристики обоих ружей равноценны. Но ружье Симонова проще, легко разбирается на две части и в походном положении имеет меньшие габариты по длине. Оно обладает преимуществами перед ружьем Рукавишникова в разборке и сборке, в обнаружении и устранении задержек.
Сталин: Проще — это хорошо. Проще, значит, надежнее. На марше ружье Симонова смогут нести два солдата?
Устинов: Да, товарищ Сталин.
Сталин: Это тоже неплохо. А каковы оба ружья в стрельбе?
Устинов: Из того и другого сделано примерно одинаковое количество выстрелов — больше тысячи. Ружье Симонова не имело поломок, а в ружье Рукавишникова — две. Так что есть основание считать ружье Симонова более живучим.
Сталин: Вот видите? Это — результат простоты. Она имеет немаловажное значение и в производстве, особенно массовом. Эту сторону дела вы тоже учли?
Устинов: Конечно, учли... Число заводских деталей в ружье Симонова на треть меньше, чем в ружье Рукавишникова. На его изготовление требуется на 60 процентов меньше станкочасов и на 30 процентов — общего времени...
Сталин: Хорошо. А что у Дегтярева?
Устинов: Дегтярев изготовил однозарядное ружье. Оно легче магазинного, а бронепробиваемость имеет такую же. Ружье очень технологично... Его можно почти целиком изготавливать на токарных станках. Массовый выпуск ружья Дегтярева мы можем организовать гораздо быстрей, чем магазинного...
29 августа образцы противотанковых ружей Симонова и Дегтярева были доставлены в Кремль. Их осматривали члены ГКО и правительства. Пояснения давали сами конструкторы, В тот же день обе конструкции ПТР были приняты на вооружение. Ряд заводов получил задание срочно освоить и развернуть их массовое производство.
Симонов не дожил двух лет до того, чтобы узнать из той же книги маршала Д. Ф. Устинова о красноречивом признании технического инспектора немецкой армии. Гитлеровский специалист был вынужден констатировать, что «советское противотанковое ружье Симонова может считаться наиболее совершенным и эффективным оружием из всех известных в то время противотанковых ружей калибра 13—15 мм».
Нужда в противотанковом вооружении была тогда столь велика, что ружья еще «тепленькими», прямо из цехов отправляли на передовые позиции. Первые ПТРС получила оборонявшая Москву 16-я армия Западного фронта, против которой немецко-фашистское командование бросило большое количество танков.
В середине ноября 1941 года в корреспонденции с Можайского направления Западного фронта газета «Красная звезда» сообщала:
«Несколько дней назад ордена Красного Знамени дивизия получила новые противотанковые ружья. На второй день бойцы и командиры сумели убедиться в огромной эффективности этого оружия в борьбе с фашистскими танками.
Недалеко от села Брыкино в 400 метрах от дороги залег красноармеец с противотанковым ружьем. Вскоре показалось несколько фашистских танков. Красноармеец тщательно прицелился и выстрелил. Пуля попала в башню, пробила ее и, очевидно, ударила в снаряд. Раздался взрыв, и башню снесло, словно срезало. Остальные танки немедленно повернули назад.
Красноармейцы и командиры высказывают восхищение противотанковым ружьем. Чтобы овладеть им, потребовалось несколько часов. В танк можно стрелять со значительного расстояния».
